Невалайнен П. * Основные черты иммиграции русских в Финляндию в 1917-1939 гг. * Статья

Санкт-Петербург и Страны Северной Европы. Материалы ежегодной международной научной конференции. 2002

После революции 1917 г. из России отправились в изгнание почти полтора миллиона человек. В эмиграцию их вынуждали политические и экономические причины, а также гражданская война. Из русских переселенцев сформировалось одно из самых больших эмигрантских движений, которое длилось многие годы и было направлено в разные части света. Русские эмигранты со временем собрались, в основном, во Франции. В начале 1930-х гг., наряду с Францией, они проживали также в Германии, Китае, Польше, Югославии и Болгарии.     

Начавшаяся эмиграция из России стала заметна в Финляндии очень рано. В Финляндии, в окрестностях Терийоки и на Карельском перешейке проводили летние отпуска в годы первой мировой войны почти 100 000 русских, в большинстве  своем петроградцы. Кроме дач, русские приобретали в финской части Карельского перешейка имения. Летом 1917 г. русские остались на своих дачах и в поместьях в ожидании прояснения обстановки в России. Осенью, сразу после Октябрьской революции, в Финляндии появились первые  переселенцы-беженцы.

В Финляндии прибытие русских эмигрантов пробуждало разнообразные чувства. Часть финнов понимала бедственное положение беженцев и была готова принять их. В только что получившей независимость Финляндии, однако, поднималось национальное самосознание, и одновременно раздувалась ненависть к большевикам, советскому государству и к русским вообще. Это было видно и по отношению к эмигрантам, их прибытие в страну попытались ограничить. Русских, проникавших в Финляндию тайно, время от времени переправляли через границу обратно. Законный въезд в страну разрешали лишь после тщательного  процесса выяснения.

В марте 1921 г. в течение двух дней по льду Финского залива в Терийоки прибыло примерно 6500 человек, которые бежали из Кронштадта, восстание в котором было подавлено. Они образовали самую большую единую группу российских беженцев, когда-либо прибывавшую в Финляндию.

Весной 1921 г. в Финляндии находилось 15 300 – 19 000 русских эмигрантов. Разница в цифрах вызвана тем, что неясно, сколько проживавших до революции в Финляндии русских можно считать эмигрантами. По оценкам, среди эмигрантов таких было 4000 -5000 человек.

Можно оценить, что в 1917-1939 гг. с востока в Финляндию прибыло 44 000 беженцев, которые оставались в стране некоторое время или постоянно. Кроме русских, среди эмигрантов было более 26 000 финнов-ингерманландцев и жителей российской Карелии. Общее количество российских беженцев возросло примерно до 16 500 человек. В 1923-1939 гг. в Финляндию прибыло более 350 человек.

По сравнению с балканскими государствами или со странами средней Европы, количество беженцев, оставшихся в Финляндии, было небольшим. Всё же в малонаселённой Финляндии группа беженцев была заметна. В 1922 г. беженцы составляли примерно один процент населения Финляндии.

Большая часть беженцев из Кронштадта к 1924 г. вернулась в Советский Союз – почти 5100 человек. Возвращение оставшихся российских эмигрантов в Советский Союз происходило намного медленнее, вернулось лишь несколько сот человек. Тысячи российских эмигрантов с течением времени вместо этого перебрались из Финляндии в среднюю и западную Европу. В Финляндии осталось мало высокопоставленных чиновников и интеллигенции из числа эмигрантов. Они продолжили свой путь из Финляндии в Париж или Прагу, в довольно крупные эмигрантские общины с более  благоприятными условиями.

Среди прибывших в Финляндию российских эмигрантов было большое количество жителей Петрограда. В данном случае  сказалась близость финской границы и хорошее сообщение. Большинство эмигрантов, которых в Финляндии относили к «русским», были действительно русскими, но среди них встречались и  представители других национальностей. Особенно многонациональными были эмигранты из Петрограда. Среди них были обрусевшие прибалты, балтийские немцы, поляки, немцы и получившие российское гражданство финны.

В начале 1930-х гг. в Финляндии установили, что группа находящихся в стране эмигрантов частично смогла трансформироваться в средний класс. Значительная  группа эмигрантов представляла  в то время  рабочих,  торговцев  и военных.

У эмигрантов, оставшихся в Финляндии на постоянное жительство, нередко сохранялась  какая то связь со страной. Это выражалось в наличии летней дачи, имения или родственников в Финляндии. Для многих эмигрантов стали убежищем дача или земельный участок на Карельском перешейке, с помощью которых они пытались свести концы с концами.

Предприятия, владельцами которых являлись переселившиеся из России в Финляндию люди и династии, обеспечивали эмигрантов работой. В Хельсинки много эмигрантов было среди рабочих карамельной и кондитерской фабрик Фазера, а также табачной фабрики Ф. Сергееффа.

Большая часть русских эмигрантов потерпела в Финляндии социальный и экономический крах. Многим из них пришлось приобретать новую профессию. Служащие стали рабочими, офицеры водителями. В особенности пожилые люди оставались за пределами трудовой жизни, без регулярного заработка, по мере утраты собственности и рассчитывали лишь на пособия и благотворительность. Может быть, лучше всех устроились те из эмигрантов, кто занялся предпринимательством. Большинство эмигрантов всё же вели скромный образ жизни даже в конце 1930-х гг.

Эмигранты концентрировались в Финляндии в тех местах, где проживало большинство русских ещё во времена ее автономии, прежде всего в Хельсинки, Выборге и на Карельском перешейке, в районе Терийоки. Ранее существовавшие в Финляндии русские общины стали важной опорой для эмигрантов. Ненависть к русским, которую открыто разжигали некоторые круги в Финляндии, и с которой многие русские сталкивались в повседневной жизни, вынуждала русских мириться с приниженным положением по сравнению с финнами. Русскоязычное население образовывало свои общины, «уголки России», которые в своей массе ещё в 1920-1930-х гг. были похожи на осколки царской России.

Культура и общественная жизнь русскоязычных общин Финляндии в 1920-1930-е гг.  была оживленной и разнообразной. Культурные развлечения сохранялись на высоком уровне. Среди них были, например, театральные представления, оперетты, концерты, праздники, танцы и маскарады. В Финляндии того времени общественная жизнь была исключительно городской и обладала высокой культурой. Имелись тенденции поддержать «русский дух», собственную культуру и традиции, а также привить всё это подрастающему поколению.

Эмигранты и прочие русскоязычные лица оказывали большое влияние на культурную жизнь Финляндии. Это было заметно в балете и музыке, где язык не становился препятствием.

Финское государство направило в 1920-1930-е гг. деньги на содержание и обучение беженцев из Ингерманландии и Карелии. Однако русские эмигранты были проигнорированы. Тем не менее, они все же получали в начале 1920-х гг. еду и одежду от американского Красного Креста, помощь которого распределяло финское отделение русского Красного Креста. Взаимная благотворительная деятельность и помощь международной организации эмигрантов позднее стали важными для обеспечения русских в Финляндии. В Финляндии действовало полтора десятка русских социальных учреждений, которые содержались на средства русских общин. Последний дом престарелых для эмигрантов был закрыт только в 1974 г.

Больше всего русскоязычных школ действовало на Карельском перешейке. Часть из них сохранилась еще от числа русскоязычных школ  со времён автономии,  а часть была основана специально для эмигрантов. В начале 1920-х гг. действовало более 20 различных учебных заведений. Из-за нехватки денег в конце десятилетия количество школ уменьшилось, и молодёжь пошла в финно- и шведоязычные учебные заведения. Сотни эмигрантов отправились продолжать образование в другие страны Европы.

К эмигрантам принадлежало так много образованных и общественно активных людей, что это отразилось на их оживлённой политической и культурной деятельности. В середине 1920-х гг. у эмигрантов было более 30 различных организаций, союзов и объединений. Большое количество обществ, с другой стороны, отражало наличие в них взаимных неурядиц и разногласий.

Многочисленные политические движения российских эмигрантов, которые  действовали с целью подрыва  тем ли иным способом советского государства, были обильно представлены в Финляндии. В стране имелись сторонники как парижской, так и варшавской монархических организаций, а также харбинских фашистов. Активность политических эмигрантских организаций в Финляндии отражала близость с Россией и выгоды, которые она давала для практической деятельности. Эмигранты посылали из Финляндии в Советский Союз пропаганду, шпионов и даже саботажников.

Существенной чертой в судьбе российских эмигрантов было то, что, будучи родоначальниками, им пришлось в 1920-1930-е гг. испытать на себе ненависть к русским, как, например, происходило у эмигрантов во Франции и Чехословакии. Это отражало изоляцию стареющего поколения эмигрантов. Они жили под сенью русской общины, не зная финского языка, вне финского общества. Не все, однако, могли и хотели изолироваться. Подрастающее поколение росло, представляя двух или даже трёхъязычное. После второй мировой войны изоляция русских общин в Финляндии  стала исчезать.

В Финляндии  после второй мировой войны, утратили в памяти, по крайней мере публично, что в стране  раньше все же были русскоязычные люди, проживавшие в тесном общении. Вопрос стал вновь актуален с начала 1990-х гг., когда в Финляндию начали переезжать русские и вообще русскоязычное население из России. В их переживаниях удивительно повторяются те же самые проявления и проблемы, что и у прежних эмигрантов.