«

»

Дек 18 2013

Распечатать Запись

Алвар Аалто * Alvar Aalto

aalto

Алвар Аалто является одним из самых важных представителей современной архитектуры и самым известным в мире финским архитектором. Он проектировал как отдельные здания, так и архитектурные комплексы. Дизайном мебели и интерьеров он занимался вместе со своей женой Айно Аалто. С точки зрения финской архитектуры и финского общества чрезвычайно важна была работа, проделанная Аалто в интересах развития стандартизированного современного строительства и социального архитектурного планирования.

Алвар Аалто относится к тем получившим международную известность архитекторам, имена которых упоминаются в ряду крупнейших представителей архитектурного модернизма. Аалто создал свое направление в архитектуре, эстетический эффект которого достигается за счет четкой привязки строений к окружающей среде, соразмерности человеку, чувства материала, отточенных деталей и искусного освещения. Заслугой Аалто считается то, что он предложил альтернативу безличной техничности международного стиля, повторяемости простой структуры и монотонности.

Говоря о творчестве Аалто, редко вспоминают, что оно появилось как результат сотрудничества двух архитекторов. В 1924 г. Алвар женился на Айно Марсио, которая также была архитектором. Она стала специализироваться на дизайне интерьеров, но при этом была самым близким профессиональным советником своего мужа и в вопросах проектирования зданий, хотя заботы о доме, о детях и собственном муже оставляли мало времени для работы в проектном бюро. Судя по всему, характеры супругов дополняли друг друга. Считается, что более уравновешенная и реалистически настроенная Айно Аалто сдерживала типичные для Алвара Аалто причуды и порывы. Влияние жены пошло на пользу многим проектам. Алвар Аалто был необыкновенно привязан к жене, как эмоционально, так и профессионально. Он сам признавал это, всегда заявляя, например, об участии Айно в осуществлении проектов и выставок. В социальной жизни Айно предпочитала оставаться в тени, тогда как Алвар, бывший человеком публичным, любил Алвар Аалто (1898-1976) архитектор, член Академии Финляндии светскую жизнь и умело пользовался этим, поддерживал имидж фирмы и завязывал важные контакты. Айно Аалто умерла в тот период, когда завершались первые грандиозные архитектурные проекты 1950-х гг., и положение Алвара Аалто как ведущего архитектора Финляндии было уже неоспоримым. Эта потеря стала для Алвара Аалто тяжелым испытанием. Спустя три года он заключил новый брак, со своей помощницей, архитектором Элиссой Мякиниеми.

В Высшей технической школе учителями Алвара Аалто были Армас Линдгрен, Уско Нюстрем и Каролюс Линдберг. На рубеже веков Линдгрен стал проводником национально-романтического направления, для которого самым важным в архитектуре было художественное самовыражение и передача чувств. Для преподавателей история архитектуры и традиция были частью метода проектирования. Для Аалто история также была источником вдохновения и новых идей, но никак не методическим руководством. Он всегда был готов заменить здания, построенные предыдущими поколениями, своими собственными.

В Аалто отчетливо проявлялся западный идеал архитектора: просвещенный самодержец, задача которого как проектировщика и доверенного лица заказчика заключается в том, что он руководит застройкой территории в самом широком смысле и во всех возможных аспектах, начиная с плана застройки и кончая деталями интерьера. Эта задача также подразумевала твердую уверенность в том, что его проекты функционально и эстетически превосходят проекты предшественников.

В студенческой среде живой и общительный Аалто пользовался популярностью. Общаясь с Каролюсом Линдбергом, он познакомился и с кругом его друзей, среди которых были художники Генри Эриксон и Топи Викстедт, а также журналист Артур Шёблум. Аалто пробовал писать заметки для журнала «Керберос», издававшегося Викстедтом и Шёблумом в 1918-1921 гг. В дальнейшем Аалто писал в основном на профессиональные темы. Все же литературная деятельность была для него случайным увлечением, он никогда не пытался сформулировать какую-то систематизированную теорию. Его деятельность в сфере изобразительного искусства, так или иначе, была связана с его архитектурой, однако его рисунки и эскизы сами по себе являются интересными художественными произведениями. В Ювяскюля, где прошли годы учебы Аалто, начиналась также его профессиональная деятельность. «Бюро архитектуры и монументального искусства Алвара Аалто» — под таким названием стала известна местным кругам его фирма, во многом благодаря эффективной рекламной кампании. Офис был удачно расположен в стратегически выигрышном месте. Но, кроме того, бюро одновременно представляло собой холостяцкую квартиру Аалто и его первого помощника Теуво Такала, проработавшего у него в течение тридцати лет чертежником и создателем макетов. Первые заказы поступили от родственников и знакомых или при их посредничестве. Отец Аалто работал геодезистом в провинциях Этеля-Похъянмаа и Центральной Финляндии, и этот регион стал для Аалто важнейшим полем деятельности. Вскоре после своего основания бюро получило столько заказов, что Аалто пришлось взять на работу стажером студента-архитектора Рагнара Юпюя. Аалто женился на своей самой главной помощнице Айно Марсио в 1924 г. В том же году выполнены проекты зданий, означавшие прорыв в карьере Аалто — здание Рабочего объединения Ювяскюля и здание шюцкора в Сейняйоки. Таким образом, в роли заказчиков выступали представители оппозиционных по отношению друг другу политических сил.

Аалто участвовал в гражданской войне 1918 г. на стороне белых, ведомый господствовавшим в студенческой среде энтузиазмом, и нет никаких причин сомневаться в том, что он делал это искренне. Но как у архитектора у него были свои цели и принципы, стоявшие вне, или скорее, выше политической суетности. Первой победой, одержанной на конкурсе, стало здание шюцкора в Ювяскюля, построенное в 1926-1929 гг. В 1927 г. он выиграл конкурс на проектирование Дома крестьян Юго-восточной Финляндии, построенного в Турку в 1928 г., и городской библиотеки Выборга, проект которого переделывался несколько раз и был осуществлен в 1935 г. На начальном этапе эти проекты еще были в своей основе классическими, но в процессе доработки Аалто придал им функциональную направленность. Дом крестьян был самым крупным из проектов того времени, и, работая над ним, Аалто перевел свое бюро в Турку. Будучи студентом, Аалто помогал Каролюсу Линдбергу проектировать первый в Финляндии выставочно-ярмарочный комплекс. Его роль была довольно незначительной. Тем не менее, как полагает биограф Аалто Ёран Шильдт, этот опыт был весьма важным, поскольку он позволил Аалто прикоснуться к фантастическому миру выставочной архитектуры, такой созвучной его собственному полету мысли. Выставки действительно интересовали Аалто, он использовал их в качестве экспериментальных площадок. Праздничная выставка 1929 г., посвященная 700-летию Турку, которую он спроектировал вместе с Эриком Брюгманом, дала возможность воплотить принципы функционализма в гармонии с окружающей средой. Архитекторы вовсе не поощряли традиционное для выставочного мышления стремление к фантазийности и эффектности во имя привлечения публики. Наоборот, они предусмотрели для участников строгое и единообразное пространство. Выставка в Турку позволила широкой финской публике впервые познакомиться со средой, спроектированной в стиле функционализма.

Павильон Финляндии на Всемирной выставке 1939 г. в Нью-Йорке с его волнообразной стеной, равно как и волнообразный деревянный потолок читального зала Выборгской библиотеки являются одними из самых известных мотивов в творчестве Аалто (Аалто — по-фински «волна»). Павильон Финляндии на Всемирной выставке 1937 г. в Париже относится к тем зданиям, в которых, начиная с середины 1930-х годов, Аалто стал соединять свободные пространственные объемы в духе модернизма, с формами, заимствованными у природы (свободная волнистая линия) и качественными характеристиками органического строительного материала древесины. Шильдт особенно обращает внимание на береговые линии озерного пейзажа. Использование в архитектуре тем, навеянных береговой линией или профилем местности, едва ли могло стать возможным, если бы не было самолета. И действительно, Аалто интересовался авиацией, как и вообще новой техникой. Чета Аалто даже отправилась в свадебное путешествие в Европу на частном самолете.

Ведущие архитекторы нового направления Аалто и Брюгман работали в Турку, городе с благоприятной для модернизма атмосферой. В архитектурном бюро супругов Аалто, кроме временных стажеров, работали также два норвежских архитектора, Харальд Вилдхаген и Эрланд Бьертнес. В Турку были заказчики, которые хотели строить именно в функционалистском стиле. Аалто получил возможность воплотить идею несущей конструкции, гибкой планировки и модульного принципа при работе над жилым домом по заказу промышленника Юхо Тапани. Дом был построен в 1927-1929 гг. по адресу Лянтинен Питкякату, 20, и при его строительстве были использованы разработанные Тапани готовые стандартные бетонные блоки. Владелец газеты «Турун Саномат» Арво Кетонен, модернизируя свою газету, заказал проект здания издательства, выполненный в стиле функционализма и построенный в 1928-1930 гг. Вместе с инженером-конструктором Эмилем Хенриксоном, Аалто спроектировал для здания газеты новаторскую конструкцию несущих колонн. Кроме того, в проекте содержались различные модернистские тонкости, особенно пропагандировавшиеся швейцарским архитектором Ле Корбюзье. По словам Шильдта, Аалто усвоил основы новой архитектуры и начал применять их на практике прежде, чем увидел воочию хотя бы одно завершенное здание.

Шведский друг и коллега супругов Аалто Свен Маркелиус предложил кандидатуру Аалто в члены международного объединения архитекторов-модернистов (Les Congrès Internationaux d'Architecture Moderne, СИАМ), в деятельности которого Аалто участвовал с 1929 г. Через СИАМ Аалто познакомился с социальной программой модернистов в сфере жилищной и городской архитектуры. Знакомства, завязанные на заседаниях СИАМ, переросли в тесные и длительные связи Аалто с Вальтером Гропиусом и швейцарским архитектурным критиком Зигфридом Гидионом. Аалто никогда не был в Баухаузе — Гропиусу пришлось уехать оттуда еще до того, как архитекторы познакомились — и Аалто не чувствовал тяги к сменившим его Ханнесу Мейеру и Людвигу Мис ван дер Роэ. Шильдт, однако, считает, что многие из принципов Гропиуса передались Аалто через его друга по СИАМ Ласло Мохоли-Надя, преподававшего в Баухаузе. Друзьями Аалто были также скульптор Александер Калдер и художник Фернан Леже.

Многие наиболее видные деятели модернизма стали друзьями семьи Аалто, и они часто бывали в гостях друг у друга. Круг зарубежных друзей Аалто был левым по своим убеждениям — многие были членами коммунистических партий — и имел контакты с авангардизмом в Советской России. Аалто, без сомнения, был наслышан о русских конструктивистах, но, похоже, не был с ними лично знаком. Аалто знал всех наиболее значительных модернистов Швеции: тех, кто проектировал выставку 1930 г. в Стокгольме, и тех, кто стоял за ними. В круг его друзей входили искусствовед Грегор Паулсон, название лекции которого «Больше красоты в повседневность» стало лозунгом «функционализма всеобщего благоденствия». Знакомство с Гуннаром Асплундом несколько позднее переросло в дружбу. Еще студентом Аалто хотел попасть на стажировку в его бюро, но получил отказ. Причиной медленного потепления отношений был все же не этот пустяковый эпизод, а сдержанное отношение четы Асплунд к богемной жизни супругов Аалто и Маркелиус, для которой были характерны неумеренное употребление алкоголя, а также легкомысленные эротические отношения Аалто и тогдашней жены Маркелиуса Виолы, о которых она сама рассказала Шильдту.

Отношения Аалто с самым известным из представителей модернизма в архитектуре, Ле Корбюзье, скорее всего, были не более чем простым знакомством. Больше, чем Ле Корбюзье, он симпатизировал французу Андре Люрса, с которым он познакомился в свою первую поездку во Францию в 1928 г. и о творчестве которого он сделал доклад в Союзе архитекторов Финляндии. Для борьбы с туберкулезом, в то время широко распространенной болезнью, в Финляндии был начат проект по строительству санаториев в каждой провинции. Аалто участвовал в конкурсах на их проектирование. Он выиграл конкурс на проектирование туберкулезного санатория в Паймио в провинции Варсинайс-Суоми. В здании санатория, построенного в 1929-1933 гг., прослеживается та же навеянная Ле Корбюзье архитектурная линия, что и в здании газеты «Турун Саномат». В то же время, санаторий в Паймио — это «комплексное социальное произведение искусства», сразу же снискавшее международное признание. Такого детального и учитывающего нужды потребителя расположения зданий и проработки интерьеров не было ранее ни на одном из объектов, предназначенных для так называемых простых людей. Еще во время работы над проектом санатория в Паймио у четы Аалто уже был опыт работы в сфере дизайна мебели, как стандартной, так и уникальной.

С работы над интерьерами Дома крестьян Юго-западной Финляндии началось сотрудничество с Отто Корхоненом, техническим директором фабрики мебели и строительных материалов в Турку. Он был специалистом в области технологии фанеры и гнутого дерева. Вместе с Корхоненом Аалто разработал модели стульев для серийного производства. Интерьеры санатория в Паймио и Выборгской библиотеки стали существенным шагом вперед в проектировании стандартных моделей. Некоторые из спроектированных тогда моделей мебели остаются в серийном производстве по сей день. Это стало возможным благодаря мебельной фирме Артек. Фирма была основана в 1935 г. по инициативе архитектора Нильса-Густава Халя для производства, продажи на внутреннем рынке и экспорта мебели. Халь, будучи первым исполнительным директором фирмы, по примеру шведов хотел разработать для широких кругов населения разумные и недорогие предметы интерьера. Однако, по свидетельству Шильдта, под давлением Аалто фирма стала производить, с точки зрения среднего финского уровня, эксклюзивные предметы, прежде всего те, что проектировали супруги Аалто, что привело к разногласиям с идеалистически настроенным Халем. Спор закончился драматически: Халь ушел на войну санитаром-добровольцем и погиб на фронте. Поведение Халя подчеркивает относительное равнодушие Аалто к социальным идеалам, особенно если сопоставить негромкий героизм Халя с почти панической заботой Аалто о собственной безопасности и его боязнью попасть на фронт.

Строительная индустрия, а вместе с ними и Аалто столкнулись с финансовыми трудностями с началом экономической депрессии 1929 г. После завершения строительства санатория в Паймио Аалто переехали в Хельсинки, где было больше возможностей для работы, чем в Турку. Архитектурное бюро Аалто с тех пор постоянно размещалось в Хельсинки и работало там вплоть до 1950-х гг. в особняке, построенном в городском районе Мунккиниеми в 1935 г. В начале 1930-х гг. среди архитекторов все еще велись споры о традиционализме и функционализме. По мнению многих, Аалто и представляемый им стиль был «большевистской архитектурой», но за десятилетие функционализм стал ведущим направлением в архитектуре Финляндии.

Верным признаком перемены курса было избрание Аалто в 1935 г. в правление Союза архитекторов Финляндии. Аалто смог приступить к осуществлению социальной программы СИАМа в сотрудничестве с концерном Альстрём. В середине 1930-х гг. Аалто познакомились с исполнительным директором концерна Харри Гуллихсеном и его женой Майре Гуллихсен, в девичестве Альстрём, которые работали над созданием прогрессивной, социально ответственной культуры предпринимательства. Майре Гуллихсен была знакома с модернистскими направлениями в искусстве и поддерживала их развитие, участвуя в финансировании Артека. По мнению Гуллихсен, концерн Алстрём нуждался в современном дизайне, и бюро Аалто было в состоянии всесторонне соответствовать нуждам концерна. Для населенных пунктов, в которых были расположены предприятия концерна, таких как Варкаус и Кауттуа, Аалто разработал генеральные планы и проекты застройки, а также проектировал жилье для рабочих и различные здания. Харри Гуллихсен использовал свое влияние для того, чтобы Аалто получил заказ на проектирование совместно финансируемого несколькими предприятиями лесной промышленности целлюлозного завода в Сунила, недалеко от Котки. Аалто сделал проектные чертежи всех зданий Сунила, включая само промышленное предприятие. В архитектуре жилых зданий присутствовало стремление к «внеклассовой» архитектуре, которая отличалась бы от прежних принципов проектирования заводских населенных пунктов, и в ней не просматривалась социальная иерархия поселения. В Сунила, построенном в 1936-1954 гг., здания вписаны в окружающий лесной пейзаж и адаптированы к ландшафту. Этот поселок послужил в Финляндии образцом для дальнейшего строительства жилых пригородов. Для Гуллихсенов Аалто спроектировали в Нормаркку дом, получивший название Вилла Майреа, в котором они сознательно искали альтернативу тогдашнему церемониальному представительскому дому. Построенная в 1938-1940 гг. вилла совершила переворот в представлениях высшего среднего класса Финляндии об идеальном жилье. Даже в своей модернистской простоте Вилла Майреа была роскошной, если судить по меркам жилищного строительства концерна Альстрём.

На другом конце шкалы расположились изготовленные на заводах Варкауса серийные деревянные дома. Для них Аалто создал систему, получившую название «система АА», по промышленному производству строительных конструкций и смог тем самым применить функционалистскую идею стандартизации к материалам и продукции, еще не известным модернистской Центральной Европе, но уже производимым в США. Аалто подошел к задаче создания «минимальной квартиры» с точки зрения живущего в ней человека, то есть с точки зрения ее функциональности.

В архитектурном мышлении Аалто главенствовал идеал единого «многофункционального пространства», проявившийся также в проекте Виллы Майреа. Швейцарский архитектор Лисбет Закс, участвовавшая в создании чертежей для Виллы Майреа, рассказывала Шильдту, как Аалто удалял с макета межкомнатные перегородки, повторяя, что «людям не надо столько комнат». В сферу интересов концерна входила также экономическая зона реки Кокемяенйоки, нуждавшаяся, по мнению Харри Гуллихсена, в скоординированной застройке. По его инициативе началось совместное проектирование с участием расположенных в долине реки сельских коммун и города Пори. По рекомендации Гуллихсена этот первый в Финляндии региональный проект застройки был заказан в 1940 г. Алвару Аалто. Моделью послужил знаменитый проект эры «нового курса» 1930-х гг. в США в долине Теннеси.

Начиная с 1920-х гг. Аалто создал большое количество различных проектов и генеральных планов застройки, в которых, по словам Шильдта, он всегда придерживался своих взглядов на удобное жилище и его окружение. Обычно они оставались невостребованными, так как отсутствовала политическая воля. Эта участь постигла и региональный проект застройки Лапландии, разработанный в 1950-е гг. Сотрудничество с концерном Альстрём закончилось в 1946 г., но созданные для него проекты вызвали интерес со стороны промышленных кругов. В начале 1930-х гг. началось проектирование заводского поселка Инкеройнен для концерна Тампелла, продолжавшееся и во время Второй мировой войны.

В 1940-е гг. были подготовлены проекты для заводов Стрёмберга в Вааса и АО Юхтейс-Сису в Ваная. Одним из важнейших клиентов Аалто была государственная лесоперерабатывающая компания Энсо-Гутцайт. Для нее он выполнял проекты в Сяунатсало (1942-1952), Иматре (1947-1961), Сумме (1954-1960), а в 1959-1962 гг. создал проект головного офиса в Хельсинки.

Для другого государственного акционерного общества, АО Тюппи, он выполнил в 1950-е гг. проект промышленного предприятия в Оулу. Промышленные проекты создавали для бюро Аалто прочную финансовую базу, благодаря которой становились возможными художественные эксперименты и участие в конкурсах, успех в которых отнюдь не был гарантирован.

В 1930-е гг. Аалто установил профессиональные связи с англоамериканским миром. Нью-йоркский музей современного искусства организовал в 1938 г. выставку четы Аалто. В том же году они отправились в свою первую поездку в Америку. Там они оказались в среде близкого к музею богатого светского общества, имевшего прямые связи с Фондом Рокфеллера. В ходе той же поездки Аалто, который в молодые годы относился к числу критиков архитектора Элиеля Сааринена, съездил в Кренбрук, чтобы завязать более приемлемые отношения с этой финляндской знаменитостью в области архитектуры. Вторая поездка супругов Аалто в Америку в 1940 г. стала настоящим бегством из страны в последний период Зимней войны. Аалто читал лекции в различных учебных заведениях и, видимо, пытался оправдать свое присутствие в США придуманной им самим идеей получить для Финляндии помощь от Фонда Рокфеллера. Мысль построить для эвакуированных с отошедших к СССР территорий экспериментальный город, в котором расположился бы исследовательский институт жилищного строительства, вызвала интерес и представлялась выгодной как для Финляндии, так и для самого Аалто. Технологический институт Массачусетса (ТИМ) пригласил Аалто на работу в качестве исследователя, так как институт и потенциальные деньги фонда связывались персонально с фигурой Аалто. К этому времени в Финляндию можно было вернуться только морским путем через Петсамо, так что предстояло сделать выбор, ехать на родину или оставаться в США. Супруги Аалто решили вернуться и разделить с остальными финнами опасности новой войны. То обстоятельство, что страна связала себя с Германией союзническими узами, положило конец планам строительства экспериментального города, финского Америкэн Тауна, тем не менее, после войны Аалто получил в ТИМе должность профессора, весьма нерегулярно исполняя связанные с нею обязанности до 1948 г. Кроме того, он работал над проектами, которые вело его бюро в Хельсинки, и на самом деле никогда не пытался развивать свою практику в США.

В Америке он познакомился с Франком Ллойдом Райтом, оказавшим влияние на его творчество. Однако на этом этапе Аалто был уже самостоятельным мастером, критически осмысливавшим и воспринимавшим новые веяния. Льюис Мамфорд, критик урбанизма и автор книги «Городская культура» также был в числе американских друзей Аалто. Во время войны Аалто больше не пугали опасными командировками, и он смог сосредоточиться на своей профессиональной деятельности.

Послевоенное восстановление стало общенациональной задачей, и Аалто продолжил на родине начатую в США дискуссию на эту тему. По рекомендации Союза архитекторов в 1942 г. было основано бюро по восстановлению, в деятельности которого Аалто участвовал, прежде всего, руководя разработкой строительных стандартов. Этой работой занимались два его помощника: Аарне Эрви и Вильо Ревель. Во время и после войны типовые чертежи, проектирование стандартизованного серийного производства и проекты застройки были важны с точки зрения занятости архитекторов и их общественного влияния. Для опытного модерниста Аалто это было само собой разумеющимися профессиональными обязанностями. В этой ситуации естественным решением стало его избрание председателем Союза архитекторов в 1943 г. Без сомнения, на этот выбор повлияло и предчувствие результатов войны: у Аалто были профессиональные контакты в США, а этой стране предстояло занять ведущее положение в западном блоке. Союз архитекторов пытался позже делать своего председателя генеральным директором Управления по строительству, однако на эту должность был назначен архитектор Юсси Лаппи-Сеппяля. Таким образом, Аалто возглавил оппозицию, критиковавшую политику государства в области строительства. В знак протеста против отклонения кандидатуры Аалто Союз объявил бойкот всем проектам Управления по строительству, и члены Союза следовали ему вплоть до 1957 г. На следующий год Аалто отказался от должности председателя. Это означало, что теперь он мог браться за проектирование новых государственных строительных объектов. Профессиональная карьера Аалто достигла своего зенита в 1950-е гг. В последние годы предыдущего десятилетия было проведено несколько конкурсов на разработку проектов строительства общественных зданий. Во многих из них Аалто оказался победителем. Эти здания представляют собой высшие достижения финской строительной индустрии, уникальность и качество которых можно сравнить только с лучшими достижениями периода национального романтизма. Они являют собой праздник победы над периодом послевоенного кризиса, в них продумана каждая деталь, при этом используются самые лучшие материалы. Мебель для этих зданий поставлял Артек, а из самых известных текстильных дизайнеров Аалто, как представляется, предпочитал Кирси Илвессало.

Заказ на проектирование здания муниципалитета в небольшом промышленном населенном пункте Сяунатсало (построено в 1949-1952 г.) Аалто получил по рекомендации регионального директора концерна Энсо-Гутцайт Хилмера Бруммельса. Контракт на проект Педагогического института в Ювяскюля (1951-1956) позволил Аалто совершить своеобразное элегантное возвращение в родной город, хотя договоры, заключенные в рамках этого проекта, стали впоследствии предметом судебного разбирательства. Тем не менее, Аалто присоединился к числу местных дачников и построил себе в 1952-1953 гг. виллу в Муратсало, так называемый экспериментальный дом. Технологический институт в Хельсинки (1949-1966) и здание Пенсионного фонда (1953-1957) свидетельствуют о том, что Аалто занимал положение ведущего архитектора страны. Это, однако, не мешало ему браться и за такие проекты, как Дом культуры для вышедшей из подполья Коммунистической партии Финляндии (1952-1958). Первым зданием, спроектированным и построенным Аалто за границей, не считая выставочных павильонов Финляндии, стало общежитие ТИМа, построенное в 1946-1949 гг. в Кембридже, Массачусетс. Несмотря на изначальный энтузиазм заказчиков, многие из зарубежных проектов остались неосуществленными. Видимо, идеи Аалто не всегда вписывались в зарубежную архитектурную среду. За пределами Финляндии большего всего спроектированных им зданий в Германии, откуда заказы начали поступать уже в 1950-е гг. Единичные здания, спроектированные в архитектурном бюро Аалто, есть в Эстонии, Франции, Швейцарии, Дании, Бангладеш, Италии и Швеции.

В 1940-е гг. казалось, что Аалто, посредством партнерских отношений с его шведским коллегой Албином Старком, удалось проникнуть на шведский рынок, участвуя в осуществлении строительных проектов шведского промышленника и судовладельца Акселя Йонсона. Однако ни один из проектов Аалто этого периода не был осуществлен. Аалто с удовольствием проектировал городские административные и культурные центры, видя в них своеобразные монументы гражданского общества. Подобные заказы поступали как из Финляндии, так и из-за границы, но осуществлены они были только в Сейняйоки (1951-1987), Алаярви (1965-1970) и Рованиеми (1961-1987).

Творчество Аалто начального периода было выдержано в классическим стиле 1920-х гг. В нем делался акцент на живописном способе использования исторических или классических мотивов. Пример шведских и датских архитекторов, прежде всего Гуннара Асплунда, а также Рагнара Эстберга и Мартина Нюрупа, раскрыл перед Аалто возможности романтической экспрессии, скрытые в классицизме. Переход Аалто к функционализму в конце 1920-х гг. произошел в связи с работой над довольно крупными проектами, и обращение к новым архитектурным концепциям стало довольно резким поворотом в его творчестве. Речь шла одновременно об углублении архитектурных воззрений: для Аалто важно было понять принципы нового течения и установить четкую границу между ним и поверхностным формализмом. У него, тем не менее, сохранился романтический настрой, ставший противовесом рационализму модернистского движения. Он нашел в природе те новые черты, которые можно было использовать в архитектуре, и основной его целью при проектировании становится достижение единства пейзажа, ландшафта, растительности и самого здания. Пространственная и визуальная сложность зданий, спроектированных Аалто, рассчитана, прежде всего, на чувственное восприятие, но она может также нести в себе аллюзии, связанные с местами великих исторических событий, например, с античными развалинами, или с «примитивной» экзотикой. В представлении Аалто архитектура была явлением прежде всего социальным. Здание воплощает эмфатическое отношение архитектора к потребителю. Или за исходную точку можно было взять воображаемое идеальное сообщество, при этом здание олицетворяет идею хорошего демократического правления, или же заботу государства всеобщего благосостояния о своих гражданах. Здание, кроме того, должно было предлагать эстетически привлекательные возможности для свободной и спонтанной культурной активности. Итальянский архитектор Леонардо Моссо, работавший помощником Аалто, видимо, имел в виду как чувственность его архитектуры, так и ее идеалистические аспекты, когда называл его «поэтом среди архитекторов».

С другой стороны, антирационалистические черты архитектуры Аалто вызывали сомнения у таких апологетов модернистского рационализма и антиисторической этики, как Николаус Певзнер, английский историк искусства немецкого происхождения. В своей лекции в Королевском институте британской архитектуры в 1961 г. он с тревогой говорил о пробуждении духа историзма и опасностях, кроющихся в наследии экспрессионизма, и демонстрировал при этом фотографию Дома культуры, спроектированного Аалто.

Наибольший интерес в мире вызвал период творчества Аалто, начавшийся в 1930-е гг. и продолжившийся после войны. В особенности после войны Аалто делал проекты по заказам из-за рубежа, однако, его карьера была все же в большей степени связана с Финляндией. Он почти все время работал у себя на родине, и большинство его работ находится в Финляндии.

Статус Аалто на родине несколько отличается от того, как его оценивают в мире. С точки зрения Финляндии, особенно важно то, что он одним из первых финских архитекторов настолько основательно усвоил архитектурные принципы модернизма, что довольно быстро стал ведущим архитектором этого нового направления в Северных странах. С точки зрения финской архитектуры и общества, большое значение имел тот вклад, который Аалто внес в дело стандартизированного строительства и социально ориентированного архитектурного планирования, присущего модернистскому движению.

Начиная с конца 1950-х гг. Алвар Аалто был уже известным и в стране и в мире мастером. Как пишет Шильдт, ему многократно предлагали должности профессора в университетах и колледжах по всему миру, от чего он последовательно отказывался, ссылаясь на свою занятость. Его финские поклонники считали его великим человеком, стоявшим в одном ряду с Яном Сибелиусом и Пааво Нурми, снискавшими себе мировую известность. Аалто, всегда понимавший значение театра и мифов в человеческой жизни, и сам участвовал в создании собственного культа.

ЭВА МАЙЯ ВИЛЬО

Послать ссылку в:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • Одноклассники
  • Blogger
  • PDF

Постоянная ссылка на это сообщение: http://www.suomesta.ru/2013/12/18/alvar-aalto-alvar-aalto/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *